UCOZ Реклама
форекс

Континент
№17(30) 6 сентября - 19 сентября 2000 г.

Бывают даты, о которых хочется плакать

Заметки по поводу... исторических дат

Едиге Мурзагалиев

Ровно 620 лет назад, теплым солнечным утром 8 сентября 1380 года на берегах степной речки Непрядва началась Куликовская битва. Этой битве суждено было стать символом рождения нового русского этноса. Отсюда идет точка отсчета, которая в итоге привела к созданию Российской империи. Куликовская битва – это своего рода рубеж, разделяющий Древнюю Русь и новую Россию. Всем интересующимся рекомендуем внимательно прочитать книгу Гумилева “Древняя Русь и Великая степь”, хотя бы в части факта, а факт, как известно, упрямая вещь.

Старая ортодоксальная российская и советская историческая наука видели историю Куликовской битвы в черно-белых тонах. Плохие татары – конкретно Челубей, хорошие московские ратники – конкретно Пересвет. Здесь всегда было больше идеологии, чем истории. Но это понятно. С таким же успехом казахская историческая наука применяет тот же самый штамп: плохие джунгары – конкретно Галдан-Церен, хорошие казахи – конкретно Богенбай батыр. Реальность же всегда сложнее и часто не укладывается в черно-белую схему. Начнем с того, что нынешние казанские татары пострадали вообще ни за что. Их-то как раз и не могло быть на Куликовском поле. Ценность оседлых тюркских народов, каковыми были булгары (казанские татары), в военном смысле в ХIV веке была минимальна, и в составе Золотой Орды они были незначительным населением небольшой ордынской провинции. Во-вторых, сам Мамай был временщиком, мятежником, поднявшим восстание против законной власти чингизидов. Его личная орда (в смысле “улус”) кочевала восточнее Волги и находилась во враждебных отношениях с ордой чингизида Тохтамыша. В-третьих, в союзе с Мамаем против Москвы выступили литовский князь Ягайло и рязанский Олег. Хотя они и опоздали к битве, их отряды нападали на отходившее московское войско и грабили обозы. Впоследствии часто пытались оправдать рязанского Олега, который выглядел в глазах потомков предателем, но для своего времени его действия были вполне аргументированны. Ведь за восемь лет до Куликовской битвы в 1372–1373 годах Дмитрий, который потом стал Донским, кстати вместе с Мамаем, разгромил Рязанскую землю. А еще в 1368 году, за 12 лет до Куликовской битвы, литовцы совместно с Михаилом Тверским так разорили Московскую землю, что “такого зла и от татар не бывало”. Да и “литовцы” Ягайла – это тоже было слишком общее определение. Войско литовское тогда набиралось в основном в Киеве, Минске, Брянске, Смоленске.

Не все так просто было и в московском войске. Сила Москвы, в отличие от других русских княжеств, состояла в чисто имперском принципе. Любой мог рассчитывать на службу в Московском княжестве, невзирая на происхождение. Это привлекло в Москву огромное число язычников-татар, бежавших от хана Узбека, вводившего в Орде ислам, литовских воинов, представителей финно-угорских народов. Все они становились москвичами и служили искренне, как всегда служат неофиты. На Куликовском поле их и их потомков было очень много.

Важно в конце концов не то, что реальная история всегда сложнее истории идеологической. Важно то, что и сегодня способность принять и использовать искренние порывы самых разных людей, невзирая на их происхождение, в интересах государства, является реальным показателем возможностей и перспектив его развития.


© Copyright 2000 "КонтиненТ"

Web-редактор:
Зада-Улы Еркин
Hosted by uCoz