UCOZ Реклама
Смотри здесь замена ступицы переднего колеса.

 

 

           Кто ты, татарин? (продолжение)

 

          IV. Культура (горькие размышления на сломе эпох).

 

          Основа и конечный смысл существования нации заключается в культуре. В ней вся история и генетический код народа. Культура – то, что нас связывает с древними и средневековыми татарами.

Культура определяет целостность нации и ведет ее через прошлое к будущему.

Человек может быть мусульманином или христианином, или вовсе атеистом, он может потерять язык, но останется татарином, если родная культура для него чем-то дорога. Если он помнит хотя бы одну татарскую мелодию, он останется татарином, ибо она найдет в его генах отзвук. Достаточно прозвучать первым нотам песни «Кара урман», как неизбежно всплывет в его душе все татарское.

Дорога через «темный лес» - опасная, с неожиданными поворотами. Мелодия как судьба. Татарин рождается с мелодией в душе, он и умирая тоскует по тальянке.

Польско-литовские татары 600 лет назад ушли на запад с князем Едигеем, служили польским королям и литовским князьям, говорят по-польски, но не забыли, кто они есть, потому что сохранили традиции.

Культура – это литература, концентрирующая предания старины, мудрость и моральные ценности.

Культура – это музыка, искусство, театр.

Культура – это сабантуй, в котором сохранился дух народа, жажда соревнования, удаль.

Каждое направление достойно большого и серьезного разговора. Но важнее всего ответить на вопрос: а кто генератор идей, кто определяет пути развития культуры?

В нашей истории огромную роль сыграл ислам. Конечно, религия всего лишь элемент культуры, но порой ключевой.  

922 год - великая веха. Прибытие в Булгар посольства из Багдада стало не просто фактом официального принятия ислама, но и международного признания молодого государства, его независимости от Хазарского каганата. Это был шаг к свободе. Предки татар добровольно вошли в исламский мир - самый передовой в ту эпоху.

Следующая веха – исламская революция Узбек хана 1312 года. Она была кровавой. Ее мог совершить только сильный государь, ибо нужно было поднять руку на “Ясы” самого Чингисхана, по которым все религии признавались равными. Время Узбек-хана – период расцвета Золотой Орды. Мы еще не до конца осознали его историческую роль. Не только нам, но и узбекам, которые сегодня увлечены Тимуром и выстраивают свою историю вне Золотой Орды, предстоит заново открыть эту личность. Окажется, что татары и узбеки – одного корня.

Третья великая веха – время обновления ислама, начатая джадидами в конце ХIХ века. Татарское сообщество тех лет не имело прав на учреждение светских учебных заведений, создание политических партий, было ограничено в правах собственности и экономической деятельности. Оно было вынуждено развивать культуру только в стенах медресе и там были собраны лучшие умы.

Джадиды совершили интеллектуальный подвиг, они в условиях жесткого политического и религиозного прессинга царской России сумели сделать рывок от дремучего средневековья к Европе. Джадидизм это не только реформа системы образования и обновление ислама, но изменение характера культуры в целом. Вся татарская мысль, литература, политика ХХ века стали порождением обновленческого духа джадидов.

Пророк Мухаммед сказал: «Воистину, Аллах в начале каждого столетия будет посылать умме человека для обновления религии». На рубеже ХIХ-ХХ веков джадиды стали теми, кто выполнил эту миссию.

Модернизация религии и культуры - это вопрос выживаемости нации и государства. Современная ситуация такова, что даже при большом желании невозможно жить вне мировых тенденций. Следовательно, нужно найти способ адаптации своей культуры к процессу глобализации. 

Джадидизм не породил какой-то новой формы ислама. Он избавил его от исторических, этнических наслоений, которые приобрели статус непререкаемого авторитета (таклида). Джадидизм это не реформа в европейском смысле этого слова, а очищение ислама от наносного и чуждого.

Сегодня в Казани можно увидеть женщин и даже молодых девушек, одетых в длинные платья и укутанных в платки как в Турции или Саудовской Аравии. Они, видимо, думают, что так становятся правоверными. Эта одежда никак не связана с исламом, а если уж сказать откровенно, то она просто некрасивая, даже примитивная. Татарки всегда одевались изысканно. Зачем же терять свою прелесть и превращаться в бесцветных турчанок и арабок, ведь это ни на шаг не приблизит к райским кущам. Наивный самообман. Точно так же можно на себя одеть форму летчика и думать, что умеешь летать.

Джадидизм выступил против надуманной и привнесенной в ислам формы, обратившись к сути религии, к самому Корану, подвергнув критическому анализу различные схоластические «авторитеты».

Джадидизм не специфически татарская форма ислама, а ее изначальная суть, а потому джадидизм универсален.

Первые мусульманские лидеры почитали разум как великий божий дар. Ими двигало критическое мышление. Идждихад – великая категория, которая сделала молодой ислам привлекательным и он стремительно распространился по миру. Отказ от идждихада привел к консервации отсталости, в которой и пребывает большинство мусульманских стран.

Джадиды вернули некогда присущее исламу свободу разума. Никто не может стоять между человеком и господом, ни община, ни имам, ни муфтий. Человек сам ответственен за свои деяния и сам должен осмысливать что правильно, а что греховно. А потому он должен быть образован. 

Это сближает ислам с Европой, поскольку современная западная культура началась с провозглашения критического мышления, воплотившегося затем в либеральных идеях.

Истинный мусульманин тот кто постиг науки, а не просто заучил суры Корана. Бесполезно зубрить Коран, нужно понимать его. Пророк Мухаммед сказал: «Если кто-то встанет на стезю науки, то господь откроет ему дорогу в рай». Медресе – это не венец образования, а его первая ступень, за которой должен стоять университет, дающий универсальное и глубокое знание о мире.

Джадидизм прагматичен.

Ислам нужен не для созерцания, а для решения насущных потребностей жизни. Он должен давать ответы на возникающие на практике вопросы. А это невозможно без науки и образования. Настоящий имам должен иметь, по крайней мере, университетское образование. Тогда он сможет чему-то научить и других.

На Российский исламский университет падает огромная ответственность по осмыслению и распространению опыта джадидизма. Нужно труды джадидов сделать доступными всем. Более того, нужно на их идеи взглянуть глазами ХХI века.

Сегодня многое изменилось. Мир живет иными интересами, нежели сотни лет назад. Ислам, если он хочет сохранить свое влияние в обществе, должен уметь отвечать на вызовы времени и отбросить устаревшие традиции, хранителями которых являются многие восточные страны.

Традиция отношения к женщине как к второсортному существу проникла в Ислам из иудаизма и христианства. Европа постепенно ушла от этого, а мусульманские страны продолжают ей следовать.

Женщину нельзя рассматривать как родоначальницу греха. По Корану сатана соблазнил Адама и Еву одновременно. В Суре 20 написано: «Так Бога своего ослушался Адам, и с праведной стези был совращен». Один из лучших исламских богословов Муса Бигиев писал: «Насколько совершенны права женщины и насколько велико их достоинство, настолько сильным будет общественная система». Он утверждал, что толкователи исказили смысл коранических аятов о женщине. Предание о сотворении женщины из ребра Адама есть только лишь метафора, образ, который подразумевает тонкость и нежность женской натуры. Недопустимо применение в отношении женщины грубой силы, так же как по отношению к хрупкой реберной кости.

Джадидизм современен и толерантен.

Муса Бигиев разработал теорию абсолютной Божьей милости, по которой благодать господа объемлет все его творения, вне зависимости от того, какого вероисповедания они придерживались при жизни. В Суре 2 записано: “Тех, кто уверовал (в Коран), и тех, кто следует иудаизму, и назореи, и сабеи, кто в Господа и в Судный день уверил и (на земле) творит добро, ждет (щедрая) награда у Аллаха”.

Ислам, по сути, мирная религия, что и подтверждается практикой реальных отношений мусульман и православных в республике. Надо бы в цокольном этаже мечети Кул-Шарифа открыть «Исламский музей мира». Это будет весьма символично. Мечеть Кул Шарифа станет не только символом защитников Казани, но и толерантности. Тогда мечеть наполнится особым смыслом и будет интересна для посетителей не только как архитектурное здание. Это будет уникальный музей, концентрирующий в себе ценности ХХI века. Мирный ислам станет визитной карточкой Татарстана.

Историческая миссия татар заключается в том, чтобы стать мостиком между исламским миром и Западом. Мир раскололся на христиан, иудеев и мусульман, появилась брешь, которая может стать пропастью. Этот раскол прошел через души людей, наполнив их тревогой и страхом. Объединить расколотый мир могут только новые ценности. Они не могут быть чисто либеральными, но не могут быть и традиционно-исламскими.

Татарстан занимает особое место в исламской цивилизации. Он ее самый северный форпост и при этом находится на границе Запада и Востока не только географически, но и в культурном плане. Мы носители культуры, соединяющей в себе исламские ценности с либеральными. В этом наше преимущество.

Большинство исламских государств – сырьевые придатки развитых стран. Татарстан же производит высокотехнологичную продукцию, развивает научные школы и системы образования. Мы должны не хуже западных конкурентов производить вертолеты, грузовики, самолеты, а потому создавать условия жизни, близкие к европейским, иначе проиграем и нам останется одно - торговать как арабы нефтью, запасов которых у нас на 30 лет. Ислам у нас неизбежно станет европеизированным. Это будет евроислам. Жизнь заставит.

А Восток для нас – всего лишь рынки сбыта.

Когда с помощью Татарстана в Турции появился 1,5 метровый телескоп, мало кто отметил это неординарное событие. Для Турции телескоп - предмет гордости, поскольку далеко не все страны имеют возможность установить такой инструмент. Когда-то на средневековом Востоке занимались исследованием Вселенной. Обсерватория Улугбека в Самарканде была одной из лучших. Сегодня мусульманские страны такими исследованиями не занимаются. Татарстан пока находится на передовых рубежах.

Модернизация ислама – самый большой вклад татар в мировую культуру нового времени. Конечно, была эпоха Золотой Орды, которая изменила карту средневековой Евразии. Но это в прошлом. А в настоящем мы интересны человечеству только готовностью к обновлению ислама. Мы восхищаемся Тукаем или Сайдашевым. Они выдающиеся личности, но только для татарского народа. То, что может вывести нас на широкую арену – это джадидизм.

Одна из традиций, заложенных джадидизмом – открытость татарской культуры. В этом огромное преимущество, но в этом же и опасность. Глобализация не только несет с собой огромный позитивный потенциал, но и как молох может раздавить любую национальную культуру.

Татары довольно гибко реагируют на мировую моду. Появились татарские дискотеки, очень современная живопись, серьезная авангардная музыка, причем авангард с акцентом на эмоциональное, духовное начало, без сухого западного рационализма.

Татарская культура не растерялась на рубеже веков. Но пугает ее раздвоенность. С одной стороны, из татар вышли Софья Губайдуллина, Рудольф Нуриев, Ирек Мухамедов, которые стали мировыми звездами, но не в татарской среде. С другой стороны, идет поток пошлых шлягеров. Ни тебе мелодии, ни текста, ни оркестровки. На дешевом синтезаторе из двух-трех аккордов на два-три слова составляют дешевый продукт для дискотеки. Отсутствие голоса компенсируют современной техникой. Не нужен Ильхам Шакиров. Зачем Рустем Яхин? Можно писать песни, не имея образования и даже слуха. Это наше собственное порождение.

В советское время татарская культура несла элемент протеста, выступала против русификации. Отсюда осознание своей социальной значимости. Она была хранительницей традиций народа. Сегодняшняя демократия как ни странно многих лишила опорной точки и востребованности. Трудно стало найти свое место и стать властителем дум, а рынок многих превратил в шабашников.

Кто сегодня должен формулировать пути развития культуры? Кто поставит заслон атакам бездарности?

База развития культуры – система среднего образования. Она в Татарстане стала серой и скучной. Экспериментальные школы, которые появились с началом перестройки, умерли. Убитая инициатива – это диагноз. Даже в суровое царское время, когда запрещали татарские светские школы и вся жизнь татар проходила в медресе, наши мударрисы сумели предложить великолепные образцы учебных заведений. Сегодня система образования рассматривается как аппендикс российской системы. В чем принципиальная разница сегодняшней системы от унитарной советской? Да, ни в чем. Просто увеличилось количество татарских школ. Но ведь Татарстан - пространство не просто татарского языка и культуры, но сосуществования различных культур и конфессий. А это требует иных стандартов образования.

Западное и восточное мышление отличается одной характерной чертой. В развитых странах политическая элита и руководящий эшелон считают приоритетной ценностью развитие системы образования, как лучшее вложение капитала. В бедных странах ориентируются на продажу сырья. В Калифорнии расходы на образование составляют более 40% бюджета штата. Чудеса Силиконовой долины начинаются с этого. В Татарстане по социологическим данным у руководителей взоры обращены на нефть, а система образования находится в шкале ценностей чуть ли не на последнем месте. «Нефтемания» типична для сознания татарстанского общества. В вопросах образования джадиды были людьми западными, а мы откатились далеко на Восток. Но ведь будущее республики закладывается в первом классе, а не в нефтяной скважине.

Очень легко найти оправдание нынешнему состоянию системы образования, сославшись на отсутствие денег и давление центра. Но вопрос стоит иначе. Или нужно выбрать путь в цивилизованное государство, а значит начать с изменения системы образования, или же быть сырьевым придатком умных стран.

Противоречие нашего сознания порой потрясает. Казань с одной стороны несет огромный интеллектуальный заряд. Десятки первоклассных кафедр и целых университетов, с другой стороны, отсутствие каких-либо ясных приоритетов в экономическом, техническом, технологическом развитии. Когда была создана Академия наук Татарстана, она собрала неплохие интеллектуальные силы. В перестроечные и постперестроечные времена во многом благодаря ученым Академии наук и Казанского университета озвучивались татарские интересы. Но период собирания плодов с земли закончился. Старые ресурсы себя практически исчерпали. АНТ должна сделать качественный скачок. Нужна иная концепция развития науки, которая должна прямо связываться с приоритетными направлениями экономической и общественной жизни республики. Смысл существования самой Академии в этом. Науку можно развивать и в университетах и в отраслевых институтах. Академия себя оправдывает, если предлагает экономические и социальные механизмы реализации научных исследований. Это функция не государственных органов, а интеллектуальной элиты.

Шведы прямо говорят, что их благополучие строится на нескольких открытиях, типа мобильного телефона. Открытия кормят страну, потому что экономика, технология, образование построены таким образом, что людям выгодно изобретать.

АНТ должна дать ответы на эти вопросы. Здесь дело не в финансировании и штатном расписании, а интеллектуальной и административной воле. Стратегия республики должна определяться в научных кругах, а государственные органы примерять их к реальным возможностям республики.

АНТ время от времени вбрасывает новые идеи по ряду вопросов развития татарской культуры. Но это академическое учреждение. В этом его плюсы, но в этом же и минусы. 

Время требует создания Татарского университета. У татар должен быть свой собственный университет, который будет выражать интересы народа, генерировать новые идеи и готовить кадры для их реализации.

Решение об открытии существует, но нужна концепция, оправдывающая этот шаг. Если бы вопрос заключался только в языке преподавания, то можно было бы просто расширить Педагогический университет. Дело в другом. Татарский университет должен ориентироваться на мировые стандарты. Он должен быть международным университетом. Только сотрудничая с лучшими университетами мира, он станет нужным народу.

Одновременно Татарский университет при его учреждении должен опираться на Академию наук. В Институте истории АНТ собраны значительные силы историков, но они не преподают, а лишь пишут книги. Преподают другие, хотя по нашим книгам. Это неправильно. Готовить кадры должны ученые, находящиеся на переднем крае науки. Иначе говоря, академические институты должны открыть свои кафедры в новом университете. Тем самым будут решены две задачи: университет сразу же станет конкурентоспособным, а Академия получит новое дыхание, поскольку будет привязана к конкретным задачам развития республики и татарского народа. 

Именно Татарский университет может и должен в будущем стать главным генератором новых идей для татарского народа и республики.

Культура – необъятный океан, в котором собраны и трудовые навыки и психологические нюансы души, отношение человека к природе. Ее не объять взором и не пересказать словами, ее надо чувствовать. Именно в культуре кроется потенциал народа, загадка несгибаемости его духа.

Татарин, твое богатство это твоя культура. Ни нефть, ни заводы, ни какое-то имущество, а культура.

Нет ничего дороже культуры и нет иного смысла в этой жизни, кроме развития культуры.

Не раз наш народ попадал в мясорубку, целые поколения интеллектуалов уничтожались и казалось, что не осталось в народе сил на возрождение. Но проходило время и появлялись новые поэты и писатели, драматурги и певцы. Они черпали силу в культуре.

Культура неиссякаемый источник силы и вдохновенья. Пока развивается культура, жив и народ.


       

Рафаэль ХАКИМ

 

Опубликовано в еженедельной общественно-политической газете "Восточный экспресс". Печатается с разрешения редакции газеты. 

 

Татарское историческое общество

 

 

выбрать и заказать хороший шкаф-купе
Hosted by uCoz