UCOZ Реклама
Одежда для активного отдыха, туризма hispo.ru . Московский Квартал квартиры однокомнатные недорого.

Кто ты,мусульманин?

Татарский мостик на Запад

или Почему джадидизм является формой упадка нации

 

ХХ век стал веком торжества разного рода идеологий. Татары, как прирожденные торговцы, давно научились продвигать и этот товар на рынок человеческих судеб и государственных доктрин. Примеров тому множество. Так, в конце XIX –начале ХХ века Шигабутдин Марджани и его сподвижники предложили всему мусульманскому миру новый путь развития - реформизм, впоследствии развившийся в джадидизм. В том же ХХ веке благодатную почву нашли идеи большевика Мирсаида Султан-Галеева о колониализме и национально-освободительной борьбе. Его прозвали “идеологом третьего мира” за масштабность мысли, а его идеи легли в мировоззрение лидера алжирской революции Ахмеда бен Беллы и египетского президента Гамаля Абдель Насера.

Юсуф Акчура стал одним из идеологов пантюркизма, который и сегодня является официальной в Турции. Габдерашид Ибрагимов, в свою очередь, стал одним из основоположников идеологии панисламизма. Первый “президент” татарского государства Идель - Урал, бежавший из советской России Садри Максуди не просто вошел в число близких соратников первого президента турецкой республики - Мустафы Кемаля Ататюрка, но и стал ее идеологом.

                                                              * * *

Сегодня в начале XXI века у татар – новые идеологи, ищущие пути для татарской нации, пребывающей в сильнейшем духовном кризисе. Одна из самых ярких фигур среди них, пожалуй, Рафаэль Хакимов. Его цикл статей «Кто ты, татарин?» - это не упражнение ума одинокого советника из Кремля. Это - квинтэссенция всего того, что выработано татарскими интеллектуалами за 10 лет суверенитета Татарстана. Не зря некоторые из них обиженно высказываются о том, что Хакимов позаимствовал в своей программной статье их идеи.

Один из центральных тезисов статьи – это тезис об особом месте татар в тюркском и мусульманском мире, о предназначении татар «стать мостиком между исламским миром и Западом». Вслед за этим Хакимов выдвигает другой тезис о том, что татары предложили особый вид ислама, устраивающий всех. “Западную интерпретацию мусульманской культуры... или “восточную” интерпретацию европейской культуры”. И – что характерно для всей современной татарской интеллигенции - через всю статью проходит преклонение автора перед Западом: «близость ислама и Европы», «создать условия жизни, близкие европейским» и т.п.

Заметим, что на фоне обострения отношений Запада и мусульманского мира и происходящих событий в самой России, наши власти справедливо начали искать другой вариант ислама, противоположный агрессивному ваххабитскому. Этот вариант получил у нас название «традиционного ислама». Но современные исследователи, особенно татарстанские, не совсем точно понимают, какой смысл заложен в этом понятии. И яркий пример тому - «евроислам», который с легкой руки Хакимова становится тем, чем татары должны удивить мир.

Что же является традиционным исламом для татар? Какая форма ислама служила веками для нации охранительной национальной идеей? Откуда взялся джадидизм, который сегодня так моден у наших политологов и историков? Чтобы полнее раскрыть суть этих важных вопросов, нам придется совершить экскурс к истокам ислама.

«Андалузcкая модель»

На протяжении 1400 лет своего существования ислам всегда должен был бороться за свое существование. Вся жизнь Пророка ислама – Мухаммада (мир ему) и того богооткровенного учения, которое он принес, связана с борьбой.  

После образования исламского государства оно столкнулось с двумя супердержавами того времени - Ираном и Византией. В этой борьбе молодое государство взяло верх. Затем был черед победного шествия ислама. Халифат раскинулся от Атлантического океана до берегов Инда и границ Китая. Уже тогда Запад начал извлекать уроки из примеров Ирана и Византии. Попытки устранить угрозу в лице ислама вылились в крестовые походы, на первых порах им сопутствовал даже успех, вызванный междоусобицами в мусульманских государствах. Но в итоге, как мы знаем, походы Запада окончились неудачей. 

Однако проигравший вышел победителем. Запад перенял многое в области военного дела, экономики, государственного устройства и т.д. Именно после неудачных крестовых походов начинают появляться итальянские банки, крупные торговые союзы (Венеция, Ганза, Генуя), сравнимые сегодня с ТНК, регулярные войска, кредитная система, европейцы учатся философии на основе спора Ибн Рушда и имама Газали.

Наряду с этим европейцы начинают тщательно и глубоко изучать ислам. Кстати, изучение началось еще в арабской Испании. Восемь веков мусульмане господствовали на Пиренейском полуострове. И на фоне запустения и дикости средневекового Запада Испания с ее цветущими городами и сильной экономикой представлялась европейцам сказочным королевством. Задолго до Кембриджа, Оксфорда, Салерно и Сорбонны именно медресе в городах Кордова и Гранада были единственными учебными заведениями, по своему уровню знаний превосходившие монастырские школы средневекового Запада. Сюда за знаниями приезжали многие европейцы. Здесь они знакомились с исламом, точными и естественными науками, вывозили многие научные труды, и здесь было положено начало востоковедению.

Зарождавшийся ориентализм начал продвигать идеи аристотелизма и неоплатонизма, чуждость исламу которых прекрасно доказал такой великий ученый, как имам Газали, который за свои глубокие знания получил почетные прозвища “знамя ислама” и “предводитель ученых”. Другими словами, попытка замены догматики ислама, восходящей к пророку Мухаммаду (мир ему), на положения древнегреческой философии провалились благодаря проницательности молодого суннитского ученого Газали. Наиболее ярким представителем течения неоплатоников был Ибн Рушд. Он и плеяда таких философов-неоплатоников, как Ибн Баджжа, Ибн Туфайл, Аверроэс, Ибн Маймун, были сполна востребованы Западом. Труды этих людей были переведены на многие европейские языки и распространены по всему миру. Идеи этих людей использовались для разложения ислама изнутри (надо сказать, что труды этих философов были особо популярны в «мусульманской реформаторской» среде в дальнейшем). Благодаря их деятельности, уже в то время традиции ислама начали вытесняться культурным влиянием Запада. Жители Андалусии, к примеру, начали праздновать Новый год, в одежде существовала мода на все европейское, некоторые общественные мероприятия проходили с употреблением алкоголя. Вскоре, благодаря междоусобицам, ловко раздуваемым извне, на несколько эмиратов распалось единое андалузское мусульманское государство. Все это способствовало успешному ходу реконкисты - отвоеванию Испании христианскими государствами. Процессы завершились в 1492 году с падением последнего мусульманского государства в Испании – Гранады.

Впоследствии английский разведчик Хамфер скажет следующее о причинах падении Кордовского халифата: “Мы вернули Испанию из рук неверных с помощью вина и смуты. Этими же силами мы завоюем весь мир”.

«Османская модель»

Вскоре Европа столкнулась с новой смертельной угрозой. В это время практически вся мировая мусульманская община вновь была объединена в одном государстве – в рамках Османской империи. Глава турок - османов султан-халиф был признан всей уммой правителем, и объединенные мусульмане вновь стали силой, с которой Западу пришлось считаться. Падение тысячелетней Византии и завоевание Константинополя были потрясением для всего христианского мира.

Турки буквально ворвались в Европу. Были завоеваны Балканы и Центральная Европа. Несколько раз была осаждена столица австрийской империи - Вена. Вся Европа ожидала падение этого города и дальнейшего победоносного шествия мусульман на запад.

Но за чредой побед последовали и первые неудачи. Это несколько уменьшило экспансию мусульман на Запад. Между тем мобилизация всех сил на внешние завоевания привела к все большому экономическому и техническому отставанию Востока. Запад же мобилизовал все ресурсы и смог выжить. К XVIII веку инициатива перешла уже к христианскому миру.

Наряду с достижениями научно-технической революции активно был задействован универсальный римский принцип “разделяй и властвуй”. Для претворения в жизнь этого принципа необходимо было хорошо изучить ислам, понять, в чем причина его силы. В результате весь Восток под видом мусульманских проповедников, торговцев, дервишей заполонили агенты европейский спецслужб, прекрасно владевшие арабским и национальными языками мусульман. В результате многолетних исследований западные аналитики получили полное представление об исламе и об институтах, которые донесли до современности ислам времен Пророка. 

Для создания “пятых колон” в мусульманской общине были брошены лучшие силы востоковедов и разведки. В 1710 году в Османскую империю был послан сотрудник британского министерства по делам колоний - Хамфер. История знает мало резидентов, которые смогли столь успешно выполнить свою миссию. Этот человек смог успешно воплотить идеи министерства по разрушению и разложению Османской империи изнутри.

В первую очередь, следовало подорвать упомянутые основы ислама, в том числе мазхабы. В Басре Хамфер знакомится с молодым юношей Мухаммадом бин Абдулваххабом, отличавшимся, по словам агента, самовлюбленностью, фанатизмом, отрицанием наследия ученых прошлого. Британская разведка сделала ставку на этого юношу. Именно он и явился основателем небезызвестного сейчас радикального течения - ваххабизма.

Свою деятельность в Аравии этот теолог ваххабизма начал в 1724 году, и он нашел теплый прием и всяческую поддержку у одного из предводителей арабских племен - Мухаммада б. Сауда, а затем его сына Абдулазиза. В итоге Османская империя получила очаг нестабильности на Аравийском полуострове. С конца XVIII века до начала XX – это время нескончаемых мятежей и восстаний арабов, которые оттягивали многие силы османов. Во время Первой мировой войны турки, теснимые со всех сторон, были вынуждены оставить Аравию. Отряды ваххабитов вошли в священные города ислама - Мекку и Медину и утвердились здесь до сегодняшнего времени. Для подготовки восстания арабов в начале ХХ века английская разведка направила сюда своего другого знаменитого агента Лоуренса Аравийского.

Главным стрежнем ваххабизма является очищение ислама от всего наносного, необходимость возвращения к «чистому» исламу времен Пророка, отрицание традиционных институтов традиционного ислама. По словам же Хакимова, «джадидизм выступил против надуманной и привнесенной в ислам формы, обратившись к сути религии, к самому Корану, подвергнув критическому анализу различные схоластические авторитеты». Не правда ли, удивительное совпадение между «смелыми» и «благородными» джадидами, борцами за счастье народа, и ваххабитами?!

Впоследствии, идеология ваххабизма благодаря помощи Запада распространилась по всему арабскому Востоку. Но, как оказалась, ваххабизм - это палка о двух концах. С одной стороны, активизация данного движения в различных областях исламского мира вела к расколу среди мусульман и не давала усилиться ни одной стране. С другой стороны, взращенное британской разведкой это радикальное движение, потеряв традиционные ценности ислама, заменила их фанатизмом и религиозной нетерпимостью и стала фактором нестабильности не только в исламском мире, но и по всему миру. Не ограничиваясь взрывами и религиозными убийствами единоверцев, ваххабиты направили свою агрессию против тех, кто способствовал появлению учения.

Новый этап - реформизм

Западные аналитические центры, основу которых составляли выдающиеся востоковеды, перешли к воплощению следующего этапа по ослаблению мусульман. К концу XIX – началу XX века ориентализм в своем развитии достиг вершины. Это совпадает по времени с расцветом колониализма. Выдающимися представителями колониального востоковедения стали Гольдциер, Эрнест Ренан, Христиан Хугранж и многие другие. Колониальные власти, уничтожив исламские институты власти и разлагая такие институты противодействия миссионерству, как мазхабы, стали среди простых верующих сеять сомнения по таким важным вопросам, как божественное происхождение Корана, истинность пророчества Мухаммада (мир ему), существование правовых школ в исламе, достоверность источников ислама и т. д.

В итоге этой работы на свет появилось новое движение, движение реформаторов и обновленцев - реформизм. Взгляды этого движения во многом созвучны с идеями христианской Реформации. Как известно, на Западе Реформация была ответом общества на застой и духовную монополию католической церкви. Она явила собой новое течение христианства - протестантство. Учение Лютера и Кальвина и других отрицало главенство Папы Римского, сильно упрощала ритуальную сторону религии и выхолащивала сакральное измерение западного католичества. Все это в конечном итоге фактически открыло двери для поклонения новому Богу, а именному “золотому тельцу”. Оказалось, что протестантство лучше всего подходило капитализму. С этого момента европейцы освободившееся время, ресурсы и умы бросили на личное обогащение. Как результат, Запад в своем технологическом развитии выходит на передовые позиции во всем мире.

Распространением же идей «исламского реформизма» должны были заниматься христианские учебные заведения, распространившиеся по всей Османской империи. Так, по статистическим данным в 1904 году на территории империи было 400 учебных светских заведений, 306 мужских и 354 женских миссионерских школ США. Этих школы и институты воспитывали молодежь своими ярыми сторонниками. Так зародилась необходимая прослойка прозападно настроенных мусульман - “пятая колонна” во всех странах ислама.

«Реформаторы» выступали за обновление общества. Препятствием и причиной отставания мусульман от Запада они конечно же считали ислам. Они требовали приспособить его под требования времени, боролись против традиционных институтов ислама, сложившихся в течение веков. Они требовали реформы по аналогии с протестантской реформы. Благодаря им мусульманская молодежь того времени прославилась своим отступлением от канонов веры и ритуальной стороны религии. Отрицание непререкаемых авторитетов в области права (основателей мазхабов - Абу Ханифа, Шафи, Малик, Ахмад б. Ханбал) привело к тому, что “младомусульмане” считали, что настало время отойти от всего наследия прошлого, и сейчас век вынесения иджтихада - самостоятельного суждения и решения каждого мусульманина по любому вопросу религии. Коран следовало толковать исходя из понимания любого верующего. Нечто подобное говорили лидеры христианской Реформации, ставшие инициаторами переводов латинских текстов Библии на национальные языки Европы и призывавшие своих прихожан толковать тексты Писания по собственному усмотрению.

Лидером «реформаторов» в Индии стал офицер британской разведки Саййид Ахмед хан, объявивший себя мессией. За успехи в расколе мусульман Индии он получил почетный титул сэра. Его последователи распространились по всему миру и известны как секта ахмадистов. (Кстати, среди татар ее лидером сегодня является Равиль Бухарай - поэт и журналист, проживающий сейчас в Лондоне.)

В Египте лидерами движения стали Джемаледдин Афгани и Мухаммад Абдо. Первый родился в окрестностях Кабула, учился в Индии и жил в Египте. Вскоре он был выслан египетским правительством вместе со своим учеником Абдо. Они начали издавать свою газету в Париже. Афгани был поклонником французского востоковеда Ренана и признавался ему в письмах: “Поистине, религия ислам старается задушить науку и препятствует прогрессу... Я знаю, что мусульманам очень тяжело подняться на уровень цивилизованности Европы. Для них запрещено приближаться к истине путем философии и науки”. В июле 1878 года этот уроженец Кабула становится членом каирской масонской ложи “Звезда Востока” и получает личный номер 1355. Впоследствии он прославился тем, что куда бы он ни прибывал, там основывал масонскую ложу. Тем же путем шел и Абдо. А его толкования Корана основывались на последних достижениях востоковедов и шокировали приверженцев традиционного ислама.

«Татарский реформизм»

Пристального внимания британской разведки удостоились и мусульмане России. Россия расширяла свое влияние в Средней Азии, а это создавало прямую угрозу британским владениям в Индии (она начиналась сразу за Афганистаном) и на Ближнем Востоке. Не случайно западные востоковедческие издания все чаще публиковали материалы по бурно развившемуся национально-религиозному движению российских мусульман…

В это же время процессы, затронувшие весь мусульманский мир, не обошли стороной и российских мусульман, а именно тюркотатар. Движение исламской реформации среди татар следует связывать с именем Абу Насыра Курсави (1776 - 1812). Его взгляды имели некоторую общность с вероучением (акыда) ваххабитов, так как он отрицал традиционные школы в вероучении - ашаритскую и матуридскую. Также этот человек стал первым среди татар, кто объявил о возможности абсолютного иджтихада - самостоятельного суждения вне правовых школ по вопросам религии, то есть реформаторства. Кроме того, по словам татарского историка Губайдуллина, сходные взглядам Курсави разделяли вожди индийских ваххабитов Саййид Ахмет Барелви и его ученик Мухаммад Исмаил.

Дело Курсави продолжил Шагабуддин Марджани, который, поистине, стал отцом «татарского реформизма». Его взгляды нельзя отнести ни к одной традиционной правовой школе, они представили собой синтез мнений многих течений ислама и включили даже некоторые еретические - шиитские. Но его главной особенностью стал призыв вернуться к “изначальному, чистому исламу” и отрицание необходимости следованию одному из авторитетов исламской теологии (таклид).

Идеи реформистов были подхвачены зародившейся к концу XIX –началу ХХ веков татарской буржуазией, которой требовалась новая идеология, приспособленная к новым экономическим отношениям - капиталистическим. В начале ХХ века появилась целая плеяда татарских богословов-реформаторов: М. Бигиев, З. Камали, Г. Буби, Р. Фахреддин. Поразительно, но многие из них по своим взглядам являлись представителями “классического ваххабизма”. Например, одна из характерных черт ваххабизма - это отрицание существования в исламе правовых школ - мазхабов и суфийских тарикатов. Так, Камали - особо одаренный ученик Абдо был воспитан в традициях “реформизма” и ваххабизма. В одной из его работ, получившей особую оценку у западных востоковедов, он критикует учение суфизма и вообще отрицает его.

Фахреддин был поклонником и учеником египетского реформатора Афгани. Фахреддин встретился с Афгани во время его пребывания в Санкт-Петербурге. Впоследствии он всячески защищал позицию своего учителя в местной и зарубежной прессе. Фахреддин также отрицал существование “друзей Аллаха” - суфийских шейхов в исламе. Бигиев поверг в шок весь мусульманский мир своим «либерализмом», отвергающим основные постулаты мусульманской религии. За такой “анархизм” в области богословия все его труды были запрещены по всей Османской империи, но в то же время получили одобрение со стороны татарских коммунистов.

«Реформаторы» отличались среди остальных мусульман своим преклонением перед Западом. Они отказались от достижений своей цивилизации и променяли ее на внешний блеск другого мира. Именно движение «татарских реформаторов», известных как “джадидисты”, принесли своему народу западную культуру. Появились театр, светская литература, учебные заведения на уровне русских гимназий и институтов, европейский стиль в одежде и образе жизни. 

Для джадидов начала ХХ века ислам должен быть “не обременителен”, как можно с меньшими ограничениями (отмена традиционных запретов - на алкоголь, свинину и т.д.), упрощенным ритуалом (в чем-то схожим с протестантизмом) и не должен затрагивать общественно-политические вопросы.

Сто лет назад джадиды, подавляющее большинство которых составляла молодежь, любили говорить о том, что “вера, прежде всего, в сердце”. По их мнению, выполнение обязанностей религий (намаз, ураза, хадж и т.д.) желательно, но не обязательно. Такой ислам не занимает особого места в жизни людей и не вызывает опасной для кого-то привязанности к религии. Человек вспоминает об исламе лишь для заключения брака - никаха, для имянаречения при рождении ребенка, исполнения заупокойной молитвы или тремя словами при рождении, женитьбе и смерти.

Трагедия кадимизма

Подробно остановившись на сущности татарского джадидизма, следует прояснить, что представлял из себя татарский традиционализм – кадимизм (от арабского “кадим” - древний, старый). В работах современных татарских и западных исследователей традиционный ислам, прозванный кадимизмом, мало освещается и изучается. Он представляется едва ли не как наследие темного средневековья.

В то же время кадимизм являлся классическим примером ортодоксального, традиционного ислама. Да, кадимизм был консервативен при принятии научно-технических достижений Запада, что объяснялось страхом оторваться от основ. Но, несмотря на все перекосы, кадимистский ислам лучшим образом синтезировал национальную культуру с религией. Этот ислам спас татар после падения Казани от полного исчезновения и гибели - ассимиляции и христианизации. Кадимизм представил очень устойчивую модель общества, которое сводило к минимуму влияние христианской культуры. Главной опорой традиционного ислама стало следование древним ученым авторитетам (таклид). Для татар таким непререкаемым авторитетом был Абу-Ханифа (основатель мазхаб). Второй важной составляющей традиций стало суфийское учение. Яркими представителями суфизма среди татар были Ибрахим Казани, Хибетулла Салихов, Закир Чистави, Зейнулла Расулев и многие другие славные имена.

Кадимизм проповедовал высокие нравственные ценности ислама. Правда, в то же время трагедией кадимизма было то, что в жизни декларируемые ценности входили в противоречие с образом жизни тех, кто говорил высокие слова. Что вызывало справедливые упреки со стороны джадидов. (Так, к примеру, один из лидеров кадимистов, написавший книгу «твердую как железо» анти-джадидисткой направленности, впоследствии был лишен указа муллы ввиду беспробудного пьянства.)

Таким образом, если кадимизм видел основу для будущего развития татар в собственных и общеисламских традициях, то джадидизм в своей догматике, имеющий много общего с ваххабизмом, был ориентирован строго на Запад.

Неожиданно в последние годы особенно яркий интерес у татарских и западных ученых вызвало такое явление татарской истории, как джадидизм. Многие ученые Института истории АНТ и служащие ДУМ РТ сейчас все чаще получают приглашения на конференции и другие научные мероприятия. Многие ученые, специализирующиеся на эти темы, получают направления на стажировку в США или в Европу. Издание книг и исследований в этой области получают финансовую помощь со стороны западных научных центров. Аналогичное наблюдается и в Средней Азии. Так, в Ташкенте открылся и действует Французский институт исследований в Центральной Азии. Откуда дует ветер? В чем причина такого зарубежного интереса к такой специфической и противоречивой форме татарского ислама, как джадидизм? Ответы на эти вопросы нетрудно найти, если учитывать современную геополитику. Но не это тема данной статьи.  

Таким образом, оказывается, что джадидизм – это отнюдь не татарская задумка, и не то достижение и «самый большой вклад татар в мировую культуру нового времени», с которым они могут выйти на мировую арену. Татары оказались лишь слепыми проводниками чужой политики.

Агзам ХАНАФИЕВ

 

 

 

 

Hosted by uCoz